На Омораси.ру этот рассказ вроде, как зашел, вроде даже попал в список лучших, поэтому я как то не смог его от туда выдернуть, и нашел у себя исходник. Вот его выкладываю. Этот рассказ основан на истории, которую я услышал от своей бывшей, благодаря которой я узнал и полюбил омораси. Историю она мне поведала в качестве ответа на вопрос: «А как это у тебя было в первый раз»? Эта история меня не на шутку возбудила, не буду говорить, что было после того, как она мне это рассказала, хотя и так всем все понятно. Могу сказать, что наряд, описанный в рассказе, я видел своими глазами. Честно говоря, это был мой любимый наряд, и я обожал смотреть, как она писяет в нем. Скажем так: он, в последствии стал костюмом для наших мокрых сексуальных развлечений. Но она упорхала жить за границу, и теперь мне остается вспоминать все то, что между нами было, и вспоминая все это писать. Я этот рассказ готовил долго. Но я никак не мог передать все то, что чувствовал я, вам дорогой читатель. Его я много раз переписывал, и мне удалось лучше всего прочувствовать те эмоции, которые чувствовал я тогда, когда написал рассказ от имени ее рассказчицы. Говорю сразу, очень многое поменяно, т.к. я описал личную историю без разрешения ее автора, но суть и основа остаются те же.
МОКРЫЙ ВЫПУСКНОЙ
Всем привет. Меня зовут Марина. Я красивая девушка роста 1.75, учусь в школе. Живу с бабушкой. Мои родители мастера спорта по легкой атлетике. Работают и живут в Швейцарии вот уже четыре года как. Они там тренируют спортсменов мирового класса. Все это время моим воспитанием занимается моя бабуля. Ну как занимается: она пожилой человек, 84 года, с кучей болезней. Передвигается она с трудом, не говоря о том, что бы что-то делать самостоятельно, поэтому дельную долю своего свободного времени я провожу в ухаживании за ней. По дому я все делаю сама. Кроме того что я учусь, я еще посещаю спортивную школу, конечно же по классу легкой атлетики. С родителями же я вижусь и общаюсь каждый день, правда, только по скайпу. Я после школы буду поступать в высшее спортивное училище, а когда моя любимая бабушка умрет, как бы это плохо не звучало, я перееду к родителям в Швейцарию. И стану спортсменкой. Моя мечта поехать на олимпийские игры, и принять в них участие.  У меня для этого есть все задатки и все возможности. А пока что я доучиваюсь в школе. Не могу сказать, что я отличница, двоек у меня нет. Есть пара троек, но в моей карьере эти предметы никак не пригодятся. Я обожаю биологию, если быть точнее – анатомию, учусь в спорт школе, и ухаживаю за своей бабушкой, как можно лучше обеспечивая ее беззаботную старость. Мои родители никогда не знали со мной горя, я рано стала самостоятельной, и поэтому они безо всякого переживания уехали работать за границу, при этом, будучи полностью уверенными, что в плане самостоятельной жизни и ухода за пожилым человеком, я их не подведу. И я таки справляюсь со своими обязанностями. У меня много друзей, школьных подруг, не смотря на то, что я не пью и не курю, т.к. спортсменке, подающей большие надежды – это абсолютно непозволительно, я прекрасно лажу со своими одноклассниками, большая часть которых и пьет и курит. Сами знаете, какая нынче молодежь.  В общем вот так проходит моя личная жизнь.
Сегодня у меня школьный выпускной. Как водится, я заблаговременно к нему готовилась. Мои родители прислали мне достаточную сумму денег на расходы. Мой класс снял ресторан для все ночного гуляния. Торжественная же часть выпускного должна была пройти в актовом зале близ лежащей от школы воинской части. Эта часть в свое время взяла шефство над нашей школой, и т.к. наша школа была маленькой, и в ней своего актового зала не было, все массовые мероприятия проходили в актовом зале этой самой воинской части. Я подобрала себе самое красивое платье. Я его очень долго выбирала, уже думала шить, но в одном бутике мне на глаза попалось оно, я его примеряла, и поняла, что лучше найти просто нельзя. Это было пышное бордовое платье до пят из тафты. С несколькими подъюбниками без колец. Один состоял из плотного фатина белого цвета, и где-то в его центре, в области колен, была пришита оборка, которая делала подъюбник еще пышнее, а второй подъюбник был из фатина чуть менее плотного, который был под цвет платья, и если неловким движением призадрать верхнюю юбку, то этот подъюбник открывал белый, контрастирующий с цветом платья фатин. Кольца я не хотела, т.к. в них неудобно. Ходишь, как в каком-то колоколе. Вся пышная юбка платья была собрана в легкие складочки, с виду это напоминало огромное количество ромбиков из ткани собранных нитками и украшенных маленькими лепесточками. Корсет платья был на тоненьких бретельках, так же украшенных лепестками, только большего размера. К платью я подобрала красивую шаль из шелка такого же цвета, как и мой наряд. Т.к. подъюбники состояли из плотного фатина, я одела колготки телесного цвета, что бы фатин не царапал мою кожу. На ноги я одела легкие туфельки на не высоком каблуке. Ведь в них мне предстояло проголивудить всю ночь, и о высоком каблуке и речи быть не могло. Сопроводить на выпускной меня должен был мой хороший друг и одноклассник Виктор, или просто Витя. Признаться честно, как мне кажется, он испытывал ко мне какие то чувства, но он об этом никогда не заговаривал, а мне он нравился просто, как друг. Мы с первого класса вместе, живем в одном дворе, аж удивительно, что до школы я его не знала.
Я стояла вся наряженная и напомаженная в своей комнате, когда в нее зашла моя бабушка. «Какая же ты красивая, как маленькая принцесса», увидев меня, с восторгом произнесла она. После чего мы сели на мою кровать, и моя бабуля завела рассказ под названием: воспоминания своей молодости. Рассказов таких было много. Собственно к их рассказываниям, она и сводила все мое воспитание. На этот раз она рассказала, как прошел ее выпускной, о том, что раньше ресторанов никто не заказывал, а все гуляние проходило в школе, что был огромный бал, на который так же, как и сейчас, все старались нарядиться, потом была встреча рассвета, а потом парни гуляли с девушками, кто парами, кто толпой. А у нее произошёл казус: гулять весь класс пошел намного раньше, чем требовалось, т.к. до места встречи восхода было далековато. Всю дорогу они шли пешком, поя песни. И тут бабуля почувствовала, что хочет в туалет. В общем, рассвет она кое-как встретила. А говорить парням о том, что она хочет пи-пи не культурно. В общем, после встречи рассвета все отправились в парк. Она тоже пошла. А там она поотстав от своих одноклассников забежала в кусты, сходить в туалет. Но так получилось, что за день до этого прошел дождь. И вся земля и трава были мокрыми. В общем, она испачкалась, промокла от мокрой травы. И выйдя из кустов, у нее был вид, как будто она в этой траве ночевала. Естественно никуда она дальше гулять не пошла, а понеслась в слезах домой. А потом выяснилось, что многие из ее подружек хотели в туалет. Но парням так и не признались, а так и промучались. Парни то не хотели отпускать девушек домой, и все ее подружки рассказывали, как прощаясь с ребятами, уже кроме туалета перед собой ничего больше не видели, а некоторые из них даже начали подсикивать в трусы. А моя бабушка была единственной, кто отважился сходить в туалет в кустик. И слава богу, что отважилась, т.к. лучше пописять в кустах, чем просто обоссаться. По крайней мере, я тогда так думала. Я, выслушав все это, пришла к выводу, что перед выходом на встречу рассвета, непременное схожу в туалет. И ничего подобного со мной не произойдет. В назначенный час за мной заехал Виктор с родителями на машине. Я погрузилась в их жигули, и мы отправились в актовый зал.
Торжественная часть прошла… Да особо никак – прошла никак. Сначала директор школы толкал заунылую речь о том, как он рад видеть выпускников, о том, что ему нас так будет не хватать. Потом выступала завуч, три классных руководителя. Не понятно зачем пририсовался командующий частью, речь которого хотя-бы отличалась от речей всех остальных, и звучала она больше, как призыв всех парней поголовно вступать в ряды служащих своей родине. Честно говоря, нам девочкам, да и парням тоже это было абсолютно не интересно. Так же выступил представитель родительского комитета, я даже не знала, что в нашей школе он вообще есть. Потом танцевали ребята, которые, судя по всему, ходят на какие-то танцевальные кружки. Честно говоря, не понимаю, неужели наши организаторы не могут придумать что-то новенькое. Эти пары танцуют на каждом школьном утреннике и линейке. Потом нас – выпускников конвейером пропустили через сцену, при этом на ходу вручая дипломы о кое-как вымученном окончании школы. Реально – это был конвейер. Потом вся эта мега торжественная часть окончилась, и дальше начались интересности – мы отправились в наш ресторан. И тут понеслось. Во первых: нас – выпускников, усадили в отдельный зал от родителей, и родители в ходе празднования про нас вообще забыли. В центре нашего зала стоял огромный накрытый стол, на столах стояла куча еды и сладкая водичка. В самом начале пиршества нам подали по бокалу шампанского. Я с самого начала решила, что пусть я и спортсменка, но пить я буду. Не каждый же день тебе сообщают, что твое детство позади, и этот выпускной – один из ключевых моментов всей твоей жизни. Если вы решили, что я вообще не пью, то это напрасно. Первый раз алкоголь я попробовала еще до спортшколы, просто я пью крайне редко, когда два раза в год, когда раз. Вела праздник тамада – девушка лет двадцати пяти, и делала она это очень хорошо потому что, когда чуть позже наши смельчаки, что собственно, было во вторых, умудрились с родительского стола спереть пару бутылок водки, и мы начали гулять по полной, она к этому, судя по всему, была готова, и как только из под скатерти стола полился алкоголь, забила всю нашу программу очень интересными и активными конкурсами. Я, конечно же, как спортсменка, подогретая алкоголем, приняла участие практически во всех конкурсах. Слава богу, что на мне было платье без колец, ибо те, кто был в платьях – колоколах, нормально повеселиться просто не смогли. Их неповоротливые платья не давали им ни единого шанса против меня. Надо побегать – не вопрос, юбку в комок и вперед. Так незаметно пролетела вся ночь. Потом прозвучала команда заканчивать пиршество, и готовиться выходить на встречу рассвета. Все быстренько, кто успел, доел - допил, девчонки кое-как привели себя в более-менее божеский вид, хотя какой там божеский после ночи дикого гуляния, и мы отправились вниз по центральной улице к бульвару встречать рассвет.
По традиции все выпускники нашего города, встречают выпускной на этом бульваре. Он выглядит так: большая асфальтированная площадь, которая идет вдоль всей улицы, с одной ее стороны стоят старые пятиэтажные сталинки, а с другой стороны идет большой парапет, за которым идет крутой и высокий склон в речку. За речкой простирается парк, а за парком идет маленький райончик нашего города, и потом город заканчивается, уходя трассой на восток нашей страны. Так получилось, что солнце встает из-за парка, поэтому, собственно, рассвет встречают на парапете. Когда мы к нему пришли, выпускников со всех школ была просто тьма. Все смеялись, веселились. Некоторые из наших родителей предусмотрительно пошли раньше, и заняли нам место. Парни пропустили девушек на парапет. Мы вскарабкались на полутора метровый бордюр и стали ждать. И тут случилось это. Я почувствовала, что хочу в туалет. Мимолётом вспомнила о данном себе обещании, сходить в него, которое я естественно забыла. Сейчас мой мочевой пузырик начал мне намекать, так серьезно намекать, что в туалет надо бы попасть. Из-за парка показалось солнце. Весь бульвар озарился радостными криками и воплями выпускников, присутствующих на бульваре. А я, немного покричав, спустилась с парапета, и стала думать, как же выходить из положения. Ко мне подошел Виктор, «С тобой все в порядке», заботливо спросил он. Я ответила ему, что все окей. Именно тогда я почувствовала то бабушкино чувство стыда, которое возникло у нее в выпускную ночь, или утро. Кому как угодно. Выслушав мой ответ, Витя протянул мне пластиковый стаканчик с шампанским. Увидев его, я вернулась на землю из своих размышлений. Вокруг все разливали шампанское. Выпускники отмечали первый рассвет, с которым началась их новая – взрослая жизнь. Я выпила свое шампанское. Не скажу, что мне стало легче. Наоборот писять захотелось еще больше. И тут – эврика, на бульваре есть общественный туалет, я стала мысленно искать заветный вход в бомбоубежище, из которого еще в советское время, сделали общественный подземный туалет. Когда то маленькой, когда я гуляла с родителями по этому самому бульвару, я с отцом заходила в этот туалет.  Вот этот вход. Но что я вижу. Облицовочная плитка поотпадала. Изржавевшая решётка закрыта, и на цепи, такой же ржавой, как и та решетка висит табличка «Ремонт». Судя по всему, этот ремонт уже длится ни один год. Больше туалетов вблизи не было. Меня охватило отчаяние. Когда я увидела, что предмет моего спасения закрыт, писять захотелось еще больше. Хорошо, что туго затянутый корсет помогал мне терпеть. Встретив рассвет, ребята собрались идти в парк на шашлыки. Для этого специально было заслано в магазин несколько отцов за мясом. Делать не чего. Я пошла в парк вслед за всеми. Парк, как я уже говорила, находился на другой стороне реки. Оба его берега соединял мост, к которому мы и направились. Мне было жарко и холодно одновременно. Моча то и дело пыталась выйти наружу. А я не могла даже засунуть руку в промежность, что бы зажать там все. Надежда была одна – я схожу в туалет в парке под кустик. Парк был диким, поэтому кустиков там хватало. Благо помог Витя, т.к. я сбагрила ему свою сумочку и шаль.  Отсутствие этой ноши мне немного помогло. Сразу за мостом была металлическая лестница, по которой все спустились вниз. Сразу за ней был песок. Ну как песок. Грязь, годами сдуваемая с дороги, и собравшаяся в песчаную тропинку, по которой все и углубились внутрь парка. Перед лестницей, все девчонки поснимали свои туфли. Т.к. во первых: лестница была очень старой, с огромным количеством дырок. И на каблуках зацепиться на этой лестнице не составляло абсолютно никакого труда, а во вторых идти по песку на тех же каблуках – было просто нереально. Я не задумываясь, тоже сняла свои туфельки и пошла босиком, предварительно отдав их Вите. Идти стало сразу мягко. Я только потом поняла, что иду в колготках, которые, толи на лестнице, толи поцеплявшись о всякого рода мелкие веточки и колючки успели изорваться. Ну да и черт бы с ними. Главное сейчас прийти на место, а потом пойти пописять. Пройдя немного по тропинке, мы свернули на травянистую территорию парка, и петляя между деревьями, пошли на берег. Кто то громко предупредил, о том, что бы девочки были повнимательней, т.к. в округе много битого стекла, оставшегося от предыдущих, не самых аккуратных отдыхающих. Парням то это не грозило, т.к. туфли им снимать не пришлось. Петляя между деревьями, и сконцентрировавшись на поиске стекол, мой мозг немного отключился от мысли, под названием «хочу в туалет». Огромное ему за это спасибо. Мы вышли на полянку. Девчонки и парни, принялись заниматься костром. Кто был в больших платьях, тех самых колоколах, стали искать себе место, что бы как то присесть. Ведь в кольцах это сделать не так то легко. Я же долго не думала, скрутив между ног юбку платья, и согнув ноги, я уселась прямо на траву, и подтянула к себе колени, опершись на них локтями. Я сидела и смотрела, как вокруг меня копошатся мои одноклассники, бродя в поисках дров. Я с ними тоже ходила бы и с удовольствием собирала бы их. Но я хочу в туалет. Вот пришли засланные за мясом отцы, с веселыми криками о том, что мясо нашли уже замаринованное аж в другом районе, в круглосуточном супермаркете. Я смотрела на все и думала, «как же я вам всем завидую. Вы в туалет не хотите. А я»? Так посидев немного, я встала, и незаметно отправилась искать заветный туалет. И тут разочарованию моему не было предела, такое ощущение, что все выпускники с парапета отправились в этот чертов парк. То тут, то там, да чего уж там говорить, почти под каждым кустом и деревом были ребята. Я продолжила свое путешествие в глубь парка. И вот я уже вышла на маленькую дорогу, за которой, метрах в ста, виднелись какие то здания. Судя по всему заброшенные. Это был старый район нашего города. Тут раньше жили люди, которые в последствии получили квартиры в девятиэтажках, в районе, который находился сразу за парком. А это были, судя по всему, бараки, в которых эти люди раньше и жили. Я как только могла, подобрав юбки платья, бросилась к этим баракам. Мне пришлось от самой дороги пробираться через заросли бурьяна, по голову растущего от дороги и до самого барака. Вот уже первый из бараков. Еще чуть-чуть. О черт, юбка зацепилась за какую-то ветку. Отцеплять некогда. Силой дергаю ее. Слышу хруст ткани, неужели порвала. Не важно, лишь бы быстрее пописять.  И тут я почувствовала, что моча из меня уже начинает течь. Я попыталась зажать мышцы сильнее, и почувствовала адскую режущую боль в паху, попытка устранить первую течь провалена. Вот я почувствовала первую влажную капельку в своих трусиках. Все моча начинает протекать сквозь не справляющиеся с напором зажатые до предела мышцы. Затем мою промежность снова пронзила адская боль, что заставило меня еще больше ослабить силу сжатия мышц. Это еще больше отразилось на влажности моих трусов. И вот не в силах справиться с давящим напором мочи, я так и начала писять. Я только и успела, что присесть прямо в бурьяне, не добежав до стенки барака всего пары шагов. А затем я почувствовала неописуемое облегчение, которое сопровождалось приятным теплом, разливающимся по всей моей промежности, и уходящему куда то под попу. Я даже не успела задрать платье, и я понимала, что сейчас я писяю прямо в свой наряд. Но мне на это было абсолютно пофиг. Единственное, что сейчас меня волновало это то, что наконец окончились мои страдания, и то «теплое» чувство, которое исходило сейчас из меня. Так я просидела добрых минут десять, я даже не понимала: закончила я писять, или нет. Я стала чувствовать легкую боль в коленях, они стали затекать. Я на корточках перебралась немного в сторонку от места, где я только что справляла нужду, и плюхнулась на попу. Мне не хотелось уходить со своего импровизированного туалета, мне не хотелось снова сжимать свои мышцы, и моча мелкими струйками самотеком продолжала вытекать из меня. Я понимала, что мое платье полностью испорчено, в таком виде я к своим одноклассникам не вернусь, а значит, я могу еще посидеть здесь, и пописять. Такое со мной было впервые, я даже стала получать некое наслаждение от того, что я сейчас писяю прямо в свою одежду, и меня не заботит ни капельки тот факт, что так делать неправильно. От наслаждения я задрала голову вверх, откинувшись на оттопыренные назад руки, и глядя на утреннее голубое небо, давая рукам под весом своего тела медленно разъезжаться, поползла спиной к земле, пока она не коснулась ее. Я так пролежала около часа, наслаждаясь приятной прохладной влагой своего платья, наблюдая за небом, пока я снова не начала ощущать свои мышцы. Бедняжки, они сегодня так настрадались. Ну ничего, они получили долгий отдых, и сейчас их уже пора было наконец привести в чувство, и наконец выбираться от сюда.  Кстати, а как же мне от сюда теперь выбраться? Я с земли поднялась на ноги, и в пол оборона посмотрела на себя. Сзади все было печально, юбка платья была полностью мокрой. Это было четко видно, т.к. ткань заметно поменяла цвет, став из бордовой просто черной.  Кроме того, к ней прилипла земля вперемешку с грязью. Я не знаю, как сзади выглядел мой корсет после того, как я в нем повалялась на земле, но думаю, что тоже не лучше. Не долго подумав, я пришла к выводу, что нужно обойти парк, и выйти на мост, а по нему уже двигаться обратно в город. Речи об общественном транспорте даже и быть не могло, т.к. во первых: я в таком виде просто шокирую всех, а во вторых, наверное, было еще рано, что бы какой то транспорт сейчас ходил из этого богом забытого района. Я вышла на ту самую дорогу, которую недавно пересекала, платье то и дело липло к моим ногам, и цеплялось за колючки, но мне на это было плевать, теперь уже плевать точно, я и так уже не в самом лучшем виде, и отправилась по дороге в сторону района, который был за парком. Логика меня не подвела, я вышла к заправке, на которой дорога, по которой пришла я оканчивалась вливаясь в большую дорогу, которая вела от моста к выше упомянутому району. Свернув я поплелась на мост. Вот я увидела ту самую лестницу, по которой я с одноклассниками спускалась в парк. И тут я вспомнила, что у Вити остались моя сумочка, туфли и шаль. На туфли и шаль мне было как то все равно, а вот сумку нужно было непременно забрать, т.к. там были ключи от квартиры. Я без них даже в подъезд попасть не смогу. Мне бы пришлось ждать, что кто то меня впустит, а значит, увидит мой опписяный и грязный вид. Этого было нельзя допустить. О том, что мне придётся звонить в звонок, что бы бабушка открыла мне дверь в квартиру, и тоже меня увидела, я об этом даже думать не хотела. Нет нужно возвращаться на поляну, и как то забирать свои вещи  С этими грустными мыслями, я снова поплелась по лестнице вниз.  Подойдя к поляне, на которой гудели мои одноклассники, я спряталась за низкорастущей веткой дерева, и стала глазами искать Витю. Его нигде не было видно, вместо этого я увидела такую картину: некоторые из моих одноклассников, а именно парни разделись до трусов, некоторые просто поснимали свои рубашки и плескались в речке. Некоторые девчонки стояли на берегу мокрыми, и кое как пытались выкрутит свои платья, а некоторые до сих пор в своих нарядах стоя по пояс в речке, резвились вместе с парнями. Кто то в воде позировал на камеру фотоаппарата, пытаясь избродить какую то непонятную позу. Я подумала, что а может быть зря я пошла искать туалет, может все чего нужно было это подождать немного, и парни меня сами бы затащили в воду, а там я бы была вся по уши мокрая, и пописяла бы прямо так, и никто бы не заметил. Нет. Эту мысль я из головы выбросила сразу же. Я не знала, сколько мне бы пришлось ждать. Я даже не знала, что они все полезут купаться, и вероятней всего, я бы опписялась прямо так, сидя на траве. Мои мысли прервала рука, упавшая сзади на мое плечо. Я в ужасе повернулась к хозяину этой самой руки. Передо мной предстал Витя, находящийся в состоянии сильнейшего алкогольного опьянения. Интересно, когда же они устели, ведь было понятно, что все остальные такие же. Трезвым в одежде купаться не полезешь же.
- Мариша, промямлил он, а че ты не купаешься?
- Я уже, ответила я ему.
- А я вижу, ты вся мокренькая, сказал мне Витя, при этом расплывшись в пьяной улыбке. Он тоже был весь мокрый, на нем единственное, что отсутствовало – это пиджак и его галстук, который мне, если честно до ужаса не понравился.
- Я домой собираюсь, где мои вещи?
В ответ он мне протянул сумочку, из нее торчала моя шаль.
- Вот они.
Я схватила сумку, и слегка оттолкнув его рукой отправилась прочь. Вдогонку он мне что то прокричал, типа прости, что я напился, и т.д. Я обернулась, и сказала ему, что бы потом завез мне домой туфли. Он что то ответил, что именно я уже не поняла. Я была безумно счастлива, что мне так просто удалось забрать свою так мне нужную сумку, и я отправилась восвояси. На душе было безумно легко, пережитые положительные эмоции переполняли меня. И не доходя до лестницы, ведущей на мост, я снова захотела в туалет. Я даже не думала, что делать. Мне снова захотелось пописять в платье. Так я и сделала. Я остановилась, и просто расслабилась. Снова я почувствовала в промежности это приятное тепло. Сначала оно потекло по моим ножкам вниз к ступням, а затем напор усилился, и спереди на юбке появились стекающие вниз подтеки. А затем из под платья потекла лужица, в которой стал тонуть низ подола юбки, которая без каблуков была слегка длинной, и если ее не подбирать, просто волочилась по земле.  Сзади платье уже успело подсохнуть, и теперь на нем четко было видно, что оно сзади все грязное и в земле, а спереди появились новые мокрые пятна и дорожки к низу юбки. Их опять же выдавал черный цвет мокрой ткани. Пописяв, довольная собой, я взяла в руку свою снова намоченную юбку, и пошла домой. По дороге мне много людей не встретилось, еще было рано, но все те, кто меня видели, не обернувшись, мимо не проходили. На их глазах читалось недоумение, но мне было плевать. Сегодня мой выпускной, мой праздник, и сегодня я делаю все, что захочу, и никто мне не в праве указывать хорошо это, или плохо. Я добралась домой без происшествий. Как я и предполагала, бабушка еще спала, я тихонечко пробралась в свою комнату, посмотрела на себя еще раз. Я себе такой очень даже нравилась. Непременно хотелось повторения, и я его обязательно как нибудь исполню. А сейчас я разделась, платье засунула в целлофановый мешок, потом я его постираю, и оно будет, как новенькое. Затем я приняла душ, и легла спать. Так прошёл мой выпускной, наверное самый лучший выпускной в мире. А вместе с ним, я получила новые ощущения, которые я не забуду никогда.